Стойка завершила путешествие

(рассказ от 1 лица)

Вот и произошло прекрасное превращение обыкновенной железной Стойки в настоящую колокольную звонницу. Я теперь Никольская Звонница при храме Святителя Николая, что на Tuonelankuja 3 в Хельсинки. Кругом сосны, море под боком и любимый храм напротив. Красота! Что еще может желать душа Колокольной стойки? Только чтобы звонили и звонили ее колокола!

А помните, сколько было колоколов, когда мы расстались? Всего три — три зазвонных маленьких колокольчика. С ними я и обитала в Инкерикескус, временном своем пристанище, в ожидании остальных колоколов и постоянной крыши над головой. А теперь у меня целых семь колоколов — полный комплект!

Встреча всех колоколов была необыкновенной. Самый большой из Подзвонной группы колоколов приехал из Москвы совсем недавно, из той же мастерской Ильи Дроздихина, что и первые мои три колокольчика. Внешне он был заметно крупнее и тяжелее, но так же как и у братьев меньших, золотились на солнце его бронзовые бока. Главное же торжество произошло, когда воссоединились на моих перекладинах старинные колокола из храма и вновь привезенные молодые колокола. Поистине это была встреча века!

Старинные колокола спустил подъемный кран. Самый тяжелый из них — наш дорогой Благовестник — внешне был очень сдержанным, потемневшим от времени и старины (позапрошлый век, что вы хотите!), но голос имел отменный, низкозвучный, наполненный богатым содержанием и смыслом.

Два других старинных сразу составили группу Подзвонных вместе с  московским колоколом последнего поколения. А Благовестник разместился на моей нижней перекладине чуть в стороне. Его голос — основной в этом колокольном хоре. Он благовествует, открывает церковное богослужение.

Итак, произошла историческая встреча Колоколов позапрошлого века, отлитых по старинным рецептам, не все из которых дошли до нашего времени, и Колоколов 21-го века!
 Они смотрели друг на друга и не могли оторваться: далеко не каждым пра-прародителям удается встретиться со своими далекими потомками да еще влиться в общий хор звучания и в общее церковное дело! Вот торжество из торжеств!

Все мы, я Никольская звонница и мои дорогие колокола, живем теперь в уютном теремке с крышей над головой, вблизи нашего родного Свято-Никольского храма. Душа наша поет и ликует, и готова звонить и переливаться, трезвонить и благовествовать с утра до вечера и с вечера до утра — всегда... и всю жизнь! Слава Богу за все!

 

 

КОЛОКОЛЬЧИК

(стихотворение Юрия ПИЛЯРА 1972 года)

ДОЧКА МОЯ - КОЛОКОЛЬЧИК,

НЕЖНЫЙ СИРЕНЕВЫЙ ЦВЕТ!

КАК ХОРОШО, ЧТО СЕГОДНЯ

ТЕБЕ ЛИШЬ ТРИНАДЦАТЬ ЛЕТ!

И ХОРОШО, И ТРЕВОЖНО –

ВЕДЬ ЖИЗНЬ-ТО ВСЯ ВПЕРЕДИ...

СУМЕЕШЬ ЛИ ТЫ ПО ЖИЗНИ

В ДРУЖБЕ С ЛЮДЬМИ ПРОЙТИ?

КТО ВАЖНЕЕ?

Беседа-перекличка колоколов или маленькая пьеска о смирении

Зазвонная группа. Три колокола.
Первый колокольчик:
- У меня такой высокий и красивый голос, с меня часто начинается весь звон. Наверное, я здесь самый необходимый колокольчик.
Третий колокольчик:
- Ну, ты сказал! Мы с тобой почти всегда вместе звоним. Вспомни: «Крайние — нижний-нижний-нижний удар, средний — пропуск!» Звон по московской традиции. У меня звучание пониже и покрасивее. Так что не ты, а я самый необходимый колокольчик.

ПУТЕШЕСТВИЕ КОЛОКОЛЬНОЙ СТОЙКИ

Рассказ от 1-го лица.

Я довольно невзрачная П - образная железная Конструкция, похожая на спортивный турник. Зовут меня Колокольная стойка или просто Стойка для подвески колоколов. Существо я весьма незаметное, но совершенно необходимое в своем деле. Посмотрите на меня.

Совсем недавно (в конце января нового 2015 года) я начала свое удивительно-увлекательное путешествие из Москвы (моей Родины) в далекую северную страну.

СКАЗКА ДЛЯ МИРКИ

Жили – были две закадычные подруги: МИРКА и ИРКА.
Мирка была финская девушка, а Ирка была русская бабушка. У Мирки был русский муж, а у Ирки был любимый финский Колокол -Благовестник.

Еще у Мирки и ее русского мужа был прелестный сынишка трех лет от роду с романтичным французским именем Тристан. Ирка проникновенно звонила в свой Благовестник, а Мирка с мужем проникновенно воспитывали своего сына – и все эти обстоятельства были отнюдь не помехой большой и нежной человеческой Дружбе.