ТРАДИЦИИ КОЛОКОЛЬНЫХ ЗВОНОВ

или « О чем беседовали колокольные ансамбли Троицкой церкви после концерта и колокола Никольского и Успенского храмов накануне концерта».


I. Николо-Гельсингфорский ансамбль колоколов

Благовестник: - Я самый старый валдаец. Помню еще как матушка Пелагея Ивановна, владелица Усачевского завода аж с 1875 года, заботилась обо мне, тогда еще молодом, только что отлитом на ее заводе колоколе. Многие приходили к ней, прося ее отдать меня на их колокольни. Но отдала меня матушка, царствие ей небесное, в исключительно хорошие, по ее мнению, руки. Одному из лучших звонарей на Валдае, служащему в храме Николы Угодника!

Средний, Подзвонный колокол: - Да, братец, я ведь тоже валдаец. Наша дружная четверка, - он обвел глазами все старинные колокола на звоннице, - всегда звучала в Новгородской епархии в традиции русских северных звонов, отличающихся своей размеренностью, степенностью, распевностью и узорчатыми переливами...

Свежеотлитые колокола — Зазвонная группа (2014 года изготовления)
- Какой восхитительный рассказ! Никогда я не был на Валдае, 
- вздохнул самый маленький и самый звонкий колокольчик.

       

Ты, малыш, не переживай! - вступил в разговор Подзвонный средний колокол (из новых, свежеотлитых). - Мы все (а нас тоже четверо, как и валдайцев), - москвичи! И у нас есть своя замечательная «московская традиция» звонов. «Московские перезвоны» славятся своей быстротой, плясовыми подвижными ритмами, оптимистическим настроем и особой звонкостью!

- «Валдайцы и москвичи! - 
вдруг обратился ко всем самый большой, старый Благовестник, - завтра, в воскресение, 19 июля 2015 года, -Благовестник смахнул слезу (-Надо же! До 3-го тысячелетия дожил!) - нам с вами предстоит играть совместный концерт для прихожан нашего Свято-Никольского храма города Хельсинки («вот ведь совпадение какое, как и на Валдае, Никольский храм!»). Так,
тряхнем же стариной, славные мои валдайцы! А «москвичам» - в добрый колокольный путь и счастливого звона!»


Все колокола ответили дружным одобрительным звоном.

       

* * *

II. На колокольне старинной Свято-Троицкой церкви г. Хельсинки

В это же самое вечернее время субботы, 18 июля 2015 года, на колокольне старинной Свято-Троицкой церкви г. Хельсинки шла своя неторопливая беседа.

- Мы, « самгинцы», вложили всю свою душу в сегодняшний концерт, -говорил Главный колокол, пользующийся наибольшим авторитетом на Троицкой звоннице. Он был единственным заказным колоколом по имени Благовест с изображением императорской четы, отлитый к их коронации. Подобных ему больше нигде нет. 

       

- Хороший был концерт, - повторил он задумчиво и добавил неожиданно: - А помнит ли кто-нибудь из вас нашего хозяина и изготовителя господина Самгина?

- Да, прекрасной души человек был, Николай Афанасьевич Самгин, -подхватил разговор еще один из Больших колоколов, отлитый в том же 1829 году. - И хотя хозяин наш был москвичом, мы были предназначены для исполнения звонов самых разнообразных колокольных традиций как на юге, так и на севере России...

- Не говоря уже о центральной России, где звучали и Ростовские, и Лаврские, 
и Ярославские колокольные традиции, -включился в разговор третий колокол, отлитый позднее, в 1896 году.

Это потому, что мы все разные по весу, но большинство — тяжелых, с низким звучанием, - отметил колокол среднего размера, внешне совсем не похожий на другие шесть колоколов-самгинцев из Троицкого ансамбля.

Но ты, допустим, не такой тяжелый, - парировал колокол-собрат по изготовлению 1896 года. - Мы с моим одногодком, например, вместе весим 292 пуда, вот!

- Ладно, не важничай, -примирительно отозвался Средний колокол. - Да, я не такой большой и тяжелый... Я другой! Мой хозяин господин Орлов отливал меня в самом начале 20-го века на своем заводе в Санкт-Петербурге. Зато мне известны традиции колокольных звонов, принятые как в моем родном Питере, так и во всех ближайших областях!

- Все мы сегодня молодцы! - снова подал голос Главный колокол. - Все играли необычайно хорошо и вдохновенно на концерте Ильи Дроздихина. Милые мои, это же случается так редко!.. А мы ведь не молоды, скорей — настоящие старики... Слава Богу за все!

       

* * *

III.  Колокола 
Успенского кафедрального собора

Не спали в этот поздний час и колокола самого высокого и красивого в Хельсинки Успенского кафедрального собора. Они тоже волновались перед большим концертом, который должен был состояться на следующий день, в воскресение, после литургии.

- Алеша Хлудов, Алеша Хлудов, - прозвучал задумчивый бас Колокола-Пятитонника, - видел бы ты сейчас нас! -Он стоял в полном одиночестве на отдельном этаже Успенской колокольни.

- Это ты, братец, о московском купце Хлудове говоришь? У него и товарищ был Николай Шубин. Они вместе нас дарили Успенскому собору! - откуда сверху отозвался Колокол-Трехтонник. - Эти купцы подарили целых восемь колоколов тогда. Мощные были люди!-Трехтонник размещался этажом выше вместе с набором из шести колоколов и исполнял функции Благовестника. Пятитонник тоже был Благовестником, но звучал редко, только на Пасху.

А что тебе сегодня говорил звонарь из Москвы, когда занимался настройкой управления перед завтрашним концертом? - спросил товарища Пятитонник.

Он говорил не мне, а тем людям, которые были рядом с ним, - ответил Трехтонник. - Объяснял им, как устроены старинные колокола, как они выглядят, ну и, конечно показывал на меня. Вот цитата: «До революции колокола изготавливались по очень старинным рецептам, ныне не известным. Для них характерно очень богатое украшение больших колоколв: узорами, орнаментами, надписями и барельефами. Например, барельеф св.Николая Чудотворца, -и мастер показал на одну из моих сторон. - Все старинные колокола имеют очень хороший профиль и очень хороший колокольный язык. Русские литейщики 19 века (а все эти колокола на Успенском именно позапрошлого столетия) — достигли вершины колокололитейного мастерства, и уже к концу столетия были лучшими в этой профессии во всем мире! По сути, здесь на Успенском, представлены все династии мастеров и секреты мастерства литья колоколов...»

- Только колокольня наша закрытая, на окнах решетки, - послышались колокольные голоса из разных углов Успенской звонницы. - Это не традиционно для русской подвески колоколов!

- Смешение стилей, короче, смешение традиций, - вставил свой голос Подзвонный колокол.- Колокола русские православные, а подвеска европейская.

- На небольшом пространстве расположили несколько больших колоколов, - произнес еще один Большой колокол. - Но, правда, мы не мешаем друг другу!

- Вот-вот, -снова задумчиво пробасил Пятитонник, - зато, кто еще лучше нас играет Ростовские звоны! Размеренные и величественные, как и вся Земля Русская... - Он посмотрел вверх и прогудел: - Играйте, хорошо на завтрашнем концерте! Не подведите, братцы! Бог вам в помощь!»

Ночь окутала финляндскую столицу. Все и вся погрузилось в глубокий сон. Не спали только нежные полевые сиреневые колольчики,- прародители церковных колоколов, - в горячем ожидании завтрашних концертов.Так не терпелось им снова услышать родные до боли трели, звоны и трезвоны, разносящиеся по всей округе старого Гельсингфорса!